Бой пограничников с темнными силами

Катились розовые волны, светило рубиновое солнце

Издалека казалось, что человеку не дают уползти в кусты веревки. Запутался он в них, те зацепились за корни и не дают человеку забиться в чащу.

Вблизи картина выглядела по-другому. Не веревки, а собственные кишки не пускали человека, не давали спрятаться. Узловатыми веревками они запутались в корнях и ветках и держали человека на мертвой привязи. Он хрипел, бился из последних сил, а натянутые «постромки» не пускали. От тела тянулся длинный кровавый след – только Мельник с его богатырским здоровьем мог столько проползти с распоротым брюхом.

Сураб не унимался. Он с наслаждением тыкал ножом в тушу Мельника, заставляя того скулить щенком. Покуривая в сторонке на поваленном дереве, Чамп спокойно наблюдал за зверствами друга. Перепуганные горожане сбились в кучу и спрятались за Геркулеса. Автоматы тряслись у них в руках.

Заметив лейтенанта, Сураб резко ширнул Мельника в сердце, тот хрюкнул и наконец затих. Склонившийся над телом Федор сразу понял, тут он уже ничем не поможет, и тогда он поспешил к горожанам.

- Молчите? Вашего друга режут, а вы ни слова? Может, радуетесь? Все-таки конкурентом меньше. Так рано…

От сильного удара в спину разведчик еле устоял на ногах.

- Хватит болтать, гала. Ты здесь не командир.

Перед глазами Федора сверкнуло лезвие – это подкравшийся Сураб вовсю размахивал ножом.

- Ты нарушил клятву, Сураб.

- Ерунда. Мельник меня первым ударил. Я по правилам его зарезал – защищался. Он угрожающе повернулся к Артуру:
- Ты, сопляк, тебе говорю, Малец. А ну скажи, кто первый начал драку. Что молчишь?

Под напором бандита парень стушевался, выдавил:
- Мельник.

- То-то. Слышал, гала, что Малец сказал?

- Разберемся.

- А кто ты такой, чтобы разбираться? Тряпка. Ты не то что человека, ты даже осла не сможешь зарезать. А я запросто! Хочешь? Прямо сейчас скотине горло перережу. Чик! И готово.

В кураже Сураб бросился к ослу, поднес нож к серой шее и махнул лезвием. Показав, с какой легкостью он мог бы полоснуть Геркулеса по горлу, бандит ткнул острием в ослиный зад. Обиженный осел потрусил в сторону.

- Так что не командуй, слизняк зеленоголовый. Кто ты вообще такой? – бандит уже размахивал ножом перед лицом Федора.

- Пограничник.

- Ох-ох, пограничник! А хочешь, я тебе на ботинок плюну, пограничник?

Толстые губы и щеки Сураба пришли в привычное верблюжье движение. Он уже предвкушал еще ни разу в жизни не подводивший его трюк. Все просто! Плюнул дурачку на ботинок. Подставил морду. Получил по морде. А потом доставай нож и режь дурачка в свое удовольствие.

Движение было настолько молниеносным, что он толком ничего и не заметил. Три раза грохнуло, и Сураб обнаружил себя сидящим на песке. С пистолета в руке разведчика Сураб перевел взгляд на свой развороченный живот.

- Гляди, бо-ольно, - удивился бандит, прислушиваясь к давно забытым ощущениям, - хорошо больно.

На его роже, как солнце в грязной луже, улыбка кайфа расплывалась по гримасе боли.

- А так?

Разведчик пару раз выстрелил бандиту в пах.

- Здорово! Очень больно.

- Там много нервных окончаний, - объяснил Федор.

Сквозь шрамы на лице бандита проступило недоумение.

- Погоди, ты меня убил?

- Да.

- Нехорошо как-то.

- Ну извини…

- Не по закону ты меня убил. Нельзя пограничникам убивать, Федя.

- По уставу российских пограничников, в боевых условиях боец самостоятельно определяет демовство вероятного противника, а нахождение в пограничье приравнивается к условиям боя. Так что все по закону, и стрелял я сознательно, по собственному выбору. Сам посуди, ну какой ты человек? – носком ботинка разведчик отшвырнул окровавленный нож в сторону и нацелил пистолет бандиту прямо в лоб.

- Ты не прав, Федя. Мне бо-ольно! – морщась от боли и удовольствия, Сураб приподнялся навстречу пуле. - Я человек!

- Посмотрим.

Федор опустил ствол, вернул оружие в кобуру, наклонился, отобрал у Сураба пистолет, извлек обойму и принялся вылущивать из нее патроны, по ходу дела рассуждая:
- Великая Темнота – это честная сволочь, она дает каждому то, что человек заслужил, без обману. Убегай – не убегай, а получишь от нее именно то, что ты по-настоящему хочешь. Ты меня понимаешь?

- Да.

- Ты этого всегда хотел. Разве нет?

- Точно.

- Жить по-человечески ты не смог, постарайся хотя бы это сделать, - патроны пригоршней желудей полетели в сторону, а пистолет, снаряженный единственной пулей, пограничник швырнул под левую руку Сураба, - держи.

- Спасибо, Федя, - Сураб посмотрел на пистолет, - хорошо-то как, наконец-то мне больно, а надо подыхать. Обидно. Слышишь, пограничник?

Федор не слышал, он уходил прочь.

Сураб дышал тяжело, его трясло – начался озноб. Он поднял пистолет и принялся выцеливать спину уходящего пограничника. Пистолет водило из стороны в сторону, силы руке не хватало - слишком много крови было потеряно - перед глазами все расплывалось. Поэтому Сураб не торопился, ждал, когда мушка попадет на контур фигуры.

Федор подходил к горожанам, когда грохнул выстрел, и Сураб с простреленной головой рухнул на песок. В ту же секунду Чамп отшвырнул окурок и беззвучно, так, чтобы его никто не слышал, пробормотал: «Их осталось пять» и поднялся.

Особой скорби на лицах оставшихся в живых горожан Федор не заметил. Страх – да, и, пожалуй, радость. Еще бы, двумя конкурентами стало меньше. Да какими! Везунчик Мельник точно мог вытащить счастливый жребий. Сураба тем более не жалко - теперь ночью можно не бояться бандитского ножа. И вообще, нечего было цапаться, кто не высовывался, тот и живой!

- Радуетесь, значит? Шансы подсчитываете? А за командира почему не вступились, почему не разняли дерущихся? – Федор пытался с кем-нибудь из горожан встретиться взглядом, но ничего не получилось. Бесполезно. Сбились в кучку, спрятались за осла, глаза отводят, морды довольные. Не люди, а какое-то человеческое стадо.

- Не хотел бы я, чтобы кто-то из вас стал дэвом. Мы ведь клялись, что убийства не допустим. Забыли? Надо вспомнить, иначе до храма мало кто доберется.

- Ты, гала, не доберешься точно.

За спиной пограничника стоял Чамп. Шляпа надвинута на глаза, рука на кобуре. Попытавшегося вмешаться Бухгалтера он отшвырнул:
- К демам! Гала расстреляли моего брата, этот на ваших глазах убил друга – по всем законам Эфы я имею право на поединок без черного экрана, - он повернулся к Федору: - Я тебя честно убью, дедушка.

- Посмотрим. Если народ разрешит. Дуэль можно отложить и устроить ее после того как доберемся до храма. Что скажете? Все от вас зависит. Если будете против, поединка сейчас не будет.

Федор смотрел на горожан, а те тщательно отворачивались, лихорадочно соображая свою выгоду. Чамп пристрелит пограничника, пограничник – Чампа: при всех раскладах одним конкурентом меньше. Быстрее всего победит стрелок? Ничего, на четыре автомата небось потом не попрет.

- Не надейся, гала, это быдло тебя не спасет, - Чамп не скрывал ни своего презрения к горожанам, ни своего торжества, - сейчас погляжу, как умеют стрелять хваленые гала, когда нельзя спрятаться за черный экран.

Начались приготовления к дуэли.

Молчуны принялись натягивать палатку между двух молодых берез, действуя по обычной, проверенной веками схеме. Сперва вбили под деревьями колья, затем набросили на верхушки берез веревки и нагнули их к земле. Через простую систему блоков привязали палатку к кольям и верхушкам деревьев и в итоге получили некое матерчатое подобие черного экрана. Оставалось отпустить верхушки берез на свободу, они приподнимутся, натянут палатку экраном, и к поединку все готово. Дуэлянты встанут по разные стороны «экрана», дадут сигнал, топор рубанет по веревке, полностью распрямившиеся березы махнут палатку в сторону и…

Молчуны ловко чалили веревки, довязывали последние узлы. Работали споро и настолько умело сооружали ширму для дуэли, что возникало сомнение, а так ли они просты, как кажутся.

Пришла пора расходиться дуэлянтам на стандартные тридцать шагов. Все устроено, чего ждать, но тут Федор чуть ли не целую речь закатил, совершенно удивив и горожан, и бандита. Говорил Федор о том, что они не дуэль организовали, а убийство, что с таким же успехом не экран из палатки можно сооружать, а просто связать человека и выстрелить ему в затылок. Не хорошо, мол, так поступать, не по-человечески это. Поэтому он и предупреждает, все они сейчас берут на душу смертный грех.

Отряд не ожидал от пограничника таких плаксивых и извиняющихся интонаций. Горожане смотрели на Федора с недоумением, а Чамп так и с откровенным презрением любовался тем, как гала празднует труса.

- Хватит ныть, становись на линию огня, - оборвал его бандит.

Федор повернулся к горожанам, но и на их лицах не нашел сочувствия. Когда же пограничник понял, что они подумали то же самое, он не выдержал, хмыкнул и сказал:
- Так вы обо мне даже этого не знаете? Плоховато устроил Инженер сбор информации в отряде.

- Что ты хочешь сказать? – спросил Бухгалтер.

- Не обо мне речь идет. Это убийство, но вовсе не меня. Что смотришь, Чампушка?

Ты, конечно, знаменитый стрелок и все такое, но сегодня у тебя нет ни единого шанса. Тебе помирать придется.

Заинтересованные словами Федора горожане придвинулись, а он растолковал им ситуацию. Как правило Рама подбрасывает отмеченым один дар, одну необычную способность, но частенько случается по-другому, и человек получает сразу несколько сверхспособностей, а то и целый пакет. С Федором так случилось. Никто в отряде не задумывался, почему он четверть века по границе киселя ходит, а живой до сих пор? Зря. Четверть века он в разведке и искательстве, абсолютно все разведчики, с кем он начинал службу, давно уже ушли в Великую Темноту, а он все тянет свою лямку. А почему? А потому, что не только демов он чует, но и свою смерть. В день, когда настанет его очередь уходить в вечный запас, Великая Темнота обязательно шепнет ему об этом на ушко, но сегодня она промолчала. Так что если кого-то и ждет сейчас свидание со смертью, то только не его.

Горожане посмотрели на давно посерьезневшего красавчика и принялись обсуждать услышанное. Многое им припомнилось из того, на что раньше они не обращали внимания: и спокойствие Федора под десятком стволов, и его равнодушное молчание, когда они «уничтожали» Антропа, а на самом деле помогали включиться боевой программе УБМ5М, после чего в живых вообще бы никто не остался. По всему выходило: отменять надо дуэль.

Все эти соображения Бухгалтер пересказал Чампу, не сомневаясь, что тот от поединка откажется.

- Поднимайте палатку, - вместо этого скомандовал Чернорукий и отмерил тридцать шагов.

Пограничник встал на линию огня.

Осталось сделать всего ничего. Отпустить верхушки берез, те натянут палатку, она экраном закроет дуэлянтов друг от друга, и к честному смертоубийству в полевых условиях все устроено. Когда оба участника поединка скажут «готов», секундант рубанет топором по веревке, палатка взлетит к небесам, а там, кто первый выхватит пистолет из кобуры, тот и живой. Что касается конструкции с матерчатым экраном, то ее не зря придумали. Бывали случаи «фальстартов», когда кто-то из стрелков открывал огонь на сотые доли секунды раньше сигнала, а этого вполне хватало, чтобы прострелить лоб противнику. «Экранная» конструкция исключала грязную игру.

- Хватит возиться, поднимай! – повторил красавчик в шляпе.

Бухгалтер потянулся к веревке, но отпустить ее не успел. Совершенно неожиданно для всех пограничник выхватил пистолет и три раза подряд выстрелил в бандита. Никто глазом не успел моргнуть, а офицер уже вернул оружие в кобуру.

Чамп снял шляпу принялся ее внимательно разглядывать. Верхушки великолепных орлиных перьев были аккуратно срезаны. Три орлиных пера - и три пули, как три слова. Пограничник. Разведчик. Отмеченый.

Нахлобучив шляпу на голову, Чамп вызывающе сдвинул ее на затылок. И только успел убрать руку, лейтенант повторил предупреждение. Опять – молниеносное движение, опять – три выстрела, но на этот раз последняя пуля сорвала шляпу и отшвырнула ее на несколько шагов в сторону. Теперь от перьев вообще ничего не осталось – пули срезали их под основание.

- Экран! - рявкнул Чамп.

Перепуганный Бухгалтер дернул за веревку, березы махнули верхушки вверх и палатка натянулась, в таком виде напоминая шкуру неведомого животного на просушке. На всякий случай секундант с топором спрятался от шальной пули за ствол.

- Готов, - первым объявил пограничник, любезно предоставляя бандиту последнее слово.

Бухгалтер занес топор над натянутой веревкой и повернул голову в сторону Чампа.

Глава 7

 

Пограничники летели на обычном десантном автоэре, рассчитанном на перевозку отделения с грузом боеприпасов. На этот раз грузом служили коробки с книгами. - Зачем их жечь именно в деревне? – спросил инспектор у Шувалова.

- Эти книги не для костра. Погодите, начнем культурную зачистку Калькутово - сами все увидите. Как вам лагерь рамаистов?

- Не очень

Лейтенант не без удивления посмотрел на Оскара. Обычно тот не позволял себе и намека на критику.

- Это хорошо. У кого имеется особый пунктик в голове, обычно чувствуют себя среди рамаистов, как щука в воде. О лагере у нас так говорят: там каждый гуру найдет себе дуру. Приехали.

Автоэр сел на берегу озера рядом с другими машинами. Из них солдаты по цепочке выгружали коробки с книгами и складывали в штабеля; судя по всему, в культурной зачистке деревни участвовала не одна тринадцатая застава.

Когда разгрузку закончили, Острый с Шуваловым разбили солдат на двойки и отправили по заранее намеченным адресам в те секторы деревни, которые выделили их заставе. Для себя командиры выбрали ближайшую избу, к которой и отправились, прихватив Оскара. Нес пачку книг старшина.

Вошли во двор. Коловший дрова старик отложил топор и поторопился навстречу гостям.

- Здоров, дед, - приветствовал его старшина, - зови своих.

- Так нет никого, вечером будут, один сижу на хозяйстве.

- Тогда книги тащи, диски – меняться будем.

- Давно приготовил, как только ваши летающие консервы увидел. Сказки, музыку демовскую, гремящую – все собрал, знаю, что вам надо. Может, вы моих внучков-дурачков от выдумок о Раме отвадите. Говорю: учите физику, математику – звездолетчиками станете, другие галактики увидите, а если сказки одни читать, так будете, как отец, всю жизнь пальмовку жрать да в навозе ковыряться. Смеются, балбесы. Мол, у нас на Эфе учебники по математике пусть рогатые собаки читают, а мы мозги напрягать не любим.

Приговаривая, дед в пакеты для мусора набивал заранее приготовленные фэнтезийные диски и книжки. Взамен пограничники оставили стопку научно-популярной литературы.

По дороге к машинам лейтенант объяснял Оскару:
- У нас планета сама по себе почти сказочная, так что лишние байки нашим ребятишкам ни к чему. Да и сказки вредные сейчас пошли, листал я некоторые. Пишут в них, что добро и зло на самом деле ничем не отличаются, что люди и нелюди по сути – это одно и то же. Прочтешь такую сказку и задумаешься, да кто ж ее сочинил? Такое впечатление создается, что нынешние сказки сочиняют и не люди вовсе, а демы с зеленой кровью.

В сердцах лейтенант размахнулся и отправил мусорный пакет с вредными фильмами и книжками в костер. Со всех сторон подходили солдаты с мешками дисков, пачками книг и спешили добавить огню работы. В костер летели руководства по колдовству, сборники заклинаний и книжонки типа «Как стать ведьмой».

Костер располыхался во всю. Заваливаясь в сторону озера, столб дыма потянулся к небесам.

- Время ли сейчас для культурной зачистки? – спросил инспектор. - Со дня на день вспышку ждут, отряд к обороне на Демовых Валах готовится.

- Плановую профилактику никто, тем не менее, не отменял. С тылом надо работать постоянно, чтобы чудь разная в нем не заводилась. Ладно, со сказками мы разобрались, теперь пора с будущим разобраться.

Слова лейтенанта перекрыл треск мощных динамиков – с автоэра вновь заработал громкоговоритель, оповещавший жителей деревни о проходящем добровольном культурном обмене. Теперь не только солдаты швыряли в огонь сказочный мусор: потянулись к костру с дисками и книгами в руках и сами жители Калькутово, пожелавшие почистить свои инфотеки.

Громкоговоритель каркал уже где-то далеко за избами: Оскар со своими двумя пограничниками глубоко забрался в лабиринт деревенских улочек. Пока шли, Шувалов и Острый все спорили. Оказалось, культурная зачистка – ерунда, начальство заставы не ради книгообмена прилетело, уничтожение сказок не главная задача дня. Беспокоило пограничников будущее. Ожидаемая на Раме вспышка неизбежно обернется атакой демов. Предстоит битва. Чем она закончится? Какие угрозы несет? На эти вопросы хотелось бы получить ответ, а Калькутово как раз и славилось своими ведунами и колдунами.

О них и шел спор.

Старшина хотел идти к колдуну известному, знаменитому, а лейтенант его убеждал, что колдун им требуется не известный, а искусный. Известный – он на широкую публику работает, изучил два-три фокуса и рупели зашибает, а искусный ведун за дешевой славой не гонится, он в глубину профессии смотрит, мастерство добывает.

Пока пограничники препирались, мимо со страшным топотом промчалось стадо волосатых худых свиней. За свиньями Оскар так и не услышал решения командиров. Он просто шел за гала и разглядывал деревню.

Сверхъестественные силы не очень-то помогли Калькутово. Избы почерневшие, перекошенные, на дорогах - грязь, лужи. Палисадники и огороды затянуты бурьяном. Помимо искусного колдовства и ведовства, деревне явно требовалось что-то еще.

За ближним сараем кто-то дико заорал, что-то упало, грохнуло, хлопнула калитка, и прямо на идущих впереди Оскара пограничников выскочил здоровенный парень с колуном в руках.

- Вот вы где, демы! Сейчас я вас! – замахнулась детинушка топором на старшину.

Острый выхватил пистолет, вмиг вернул его в кобуру, спокойно увернулся от колуна и боднул лбом детинушку в лицо. От удара священного черепа тот рухнул как подкошенный.

Когда поверженный демоборец проморгался и наконец-то разглядел пограничников, он вытер рукавом разбитый в кровь нос и заулыбался.

- Острый, друг! Выходит, я на своих бросился? У-у, сука! И зачем я на ведьме женился? Это она меня околдовала.

И околдованный так дохнул перегаром, что даже старшина поморщился. Зашвырнув колун в кусты, Острый спросил:
- Ну как, расколдовал я тебя?

- В лучшем виде, Сеня, как рукой сняло. Ребята, а давайте выпьем за старую дружбу! Чего? У меня есть!

- Иди, проспись. У нас задание – некогда нам.

Парень послушно побрел к калитке.

- Из бывших пограничников, - откомментировал лейтенант Оскару, - а мы с такими стараемся не дружить. Сегодня он друг, а завтра его как дема надо брать на мушку. Парадокс получается, а парадоксов на службе надо избегать.

Пока Мишка Шувалов занимался любимым делом – философствованием, навстречу проплелась лысая лошадь. Расстроенный старшина сплюнул.

- Плохая примета. Если встретил лысую лошадь, дело точно не выгорит.

- Предрассудки это, Семен, - попытался его успокоить лейтенант.

- Какие предрассудки? Тысячу раз проверено. Можно поворачивать.

- Куда? Пришли уже.

Лейтенант свернул к стоящему на отшибе бунгало. Судя по бедному виду строения, пришли они к колдуну искусному.
- Триста рупелей, - объявил колдун цену ведовства, когда узнал, о чем речь. - Побойся Криштоса, Мандрагорыч, - обиделся лейтенант, - я ведь знаю, что больше двадцатки ты за будущее не берешь.

- Все от срока зависит. У крестьян спрос сезонный, урожай их интересует, будущее детей – счет на месяцы и годы идет. А у вас краткосрочный прогноз, да еще ответственный – на битву, тут поднапрячься надо, в самый астрал выходить. У любого ведуна спросите, он ответит: это долгосрочный прогноз дешев, за предсказание на двадцать лет и рупеля хватит, а когда послезавтра требуется узреть, тут совсем другая такса. Со штатских пятьсот запросил бы. Чай не за пятерку по бараньей лопатке гадаю, не по птичьим перьям и таблицам, а в высшие сферы выхожу.

Шувалов как бы невзначай снял с плеча автомат, положил на колени, выдержал внушительную паузу и спросил:
- Ты, народный футуролог, ты хоть понимаешь, о каком ответственном деле речь идет? О защите границы говорим, о деле общенародной важности. Полтинник даю, и поехали в астрал.

- Триста. Между прочим, ты, Мишаня, за службу общенародному делу получаешь вполне частную зарплату, и немаленькую, - попытался уесть лейтенанта Мандрагорыч, но тот реагировать на намеки не стал и продолжил увещевать колдуна:
- Мы почему к тебе пришли, Мандрагорыч, мастером ты слывешь, душой за дело болеешь, не жлоб, за рупелями не гонишься, а таким мощным информационным полем, как у тебя, ни один ведун Эфы не обладает.

- Да уж! О злоумышлениях демов за месяц знал, пока ваши умники ученые только в пробирках ковырялись. Послезавтра демы хлынут, мало не покажется.

- Верю, Мандрагорыч, колдун ты матерый, опять же с персональным выходом в астрал. Сто рупелей.

- Двести.

- В общем, так, - лейтенант извлек из вещмешка некий цилиндрического вида предмет, завернутый в газетку, и принялся ту газетку не спеша разворачивать. Колдун не шелохнулся, но глаза под кустистыми бровями засверкали. На столе со стуком образовалась бутылка. - Ржаная, чистая, как слеза, с Земли, и сто пятьдесят рупелей. Иначе к Никасу уйдем. Колдун он хреновый, зато с власти много не берет.

- Еще бы, он несчастных крестьянок обдирает. Ладно, Мишаня, только ради тебя. Расписку писать?

- Обязательно, мне в отряде отчитываться.

- Погоди, - отобрал у друга деньги Семен, дай я у него зрачки проверю.

Он отвел колдуна к окну, убедился, что в зрачках у того мир перевернут, и только тогда отдал рупели.

 

Мандрагорыч достал платок, тщательно вытер вспотевшую лысину и приступил к ведовству. Притащил из сеней медный котел гаданий, поставил на электроплиту. Налил в него зеленой жидкости из бутыли и стал варить зелье. По ходу действа народный футуролог добавлял в котел какие-то корешки, пучки трав, скелеты лягушек, тигровый жир, мускус, медвежью желчь, черные камешки, толченый жемчуг, полоски бумаги с магическими мантрами. В самую последнюю очередь он швырнул в чан сушеную летучую мышь и «мышь» от древнего персонального компьютера. Целый пучок таких компьютерных «мышей» висел у него под потолком рядом с чучелом дракона.

Возился с варевом Мандрагорыч любовно, не торопясь. Было видно, что не за рупели он старается, а ради ведовской радости. Будучи к тому же мастером старой школы, он успевал не только колдовать, но и клиентов развлекать разговорами.

С Мишкой поболтал о деревенских девках, старшине выписал рецепт на лекарство от метапортального дерматита, заметив, что негоже командиру ходить с лицом ящера. Острый рецепт взял, но обиделся и в свою очередь принялся подначивать хозяина бунгало: мол, ты бы, Мандрагорыч, какое-нибудь заклинание от своей лысины придумал что ли. Не солидно колдуну лысиной сверкать. Не обошел вниманием Мандрагорыч и Оскара, заинтересовал его гость с Земли. Долго он приглядывался к инспектору, а потом сказал, что гала привели к нему редкого человека: с виду мягкий весь, червяка не обидит, а внутри – сталь, как у ярмарочного фокусника в канате.

Наконец варево закипело, и началось ведовство.

Нацепив драконью маску, Мандрагорыч принялся нюхать зеленый пар, поднимающийся над чаном, гнусаво забормотал на санскрите мантры. Пограничники терпеливо ждали.

- Вижу фиолетовые крылья, вижу отважных гала, вижу, сходятся они с несметными силами, вижу… - он вдруг резко разогнулся, оббежал вокруг котла и рухнул на кушетку. Его корчило. Легкое покрывало, на котором лежал ведун, сдвинулось, и стали видны торчащие остриями вверх гвозди.

Понемногу ведун успокоился, и то ли заснул, то ли вошел в транс. Любящий порядок старшина выключил электроплиту, опустил чан на пол. Когда зеленый пар полностью рассеялся, колдун поднялся с кушетки и подсел к столу. От слабости Мандрагорыча пошатывало.

- Значит так, товарищи гала. Будет вам сюрприз во время боя. Неприятный. Еще. Появится Верховный Дем, сам Морвольф. Откусит вам голову. Все.

- Какую голову? Какой Морвольф! Его Алексей давным-давно уничтожил. Кто так колдует? Халтура!

Не обращая внимания на возмущение старшины, ведун ухватил поллитровку и поплелся в глубину бунгало, где и исчез за занавесками. Прием закончился.

Обратной дорогой недовольный старшина выразительно молчал, его не заставило говорить даже промчавшееся навстречу стадо волосатых свиней, но когда он увидел лысую лошадь, не выдержал:
- Надо было к Никасу идти. У того оборудование современное, комкомовскую распечатку получили бы с результатами ведовства. Что теперь в отряде скажем? Головы нам демы пооткусывают? Кому? Когда? Ты конкретно предсказывай. Какая-то неправильная футурология получилась. Иллюзия одна и никакой существенной пользы.

- Раньше тоже так думал, - не согласился лейтенант, - а потом заметил, что прогнозы хорошего ведуна всегда сбываются. Понять слова нужно, вот в чем загвоздка. Первое впечатление – чушь, а не предсказание, но когда все сбывается, тогда только и начинаешь своей глупой недогадливости удивляться.

- Туману напустит, а ты его понимай. А сто пятьдесят рупелей тю-тю. Что за нехороший сюрприз? Кому башку отгрызут?

- Доложим начальству, пусть оно думает.

Так и порешили.

Тем временем народу на берегу собралось много, и люди все подходили, несли к костру вредные продемовские книги и фильмы. Особенно усердствовали деревенские интеллигенты и те жители Калькутово, которые хотели, чтобы их дети чего-то добились в жизни. Так что огонь полыхал во всю, а ветер, помогая делу культурного очищения деревни, раздувал его и заносил черный хвост дыма в сторону озера.

На берег пришли девки в нарядных праздничных сарифанах, а с ними гитарист и аккордеонист. К девкам тут же поспешили молодые солдаты.

Начались танцы. Культурная зачистка плавно перешла в народные гулянья.

В сторонке за холмиком поставили черный экран с двумя «виселицами», а забавлялись дуэлями в основном молодые парни. В поединках участвовали солдаты против местных, причем все они заканчивались одинаково. Тренируясь, изобразит из себя ковбоя местный паренек, пару раз выхватит ловко пистолет из кобуры, а станет под «виселицу», и куда что делось. Пока он вытащит оружие, пограничник уже пол-обоймы разрядить успеет, и тут же сверкнет цинковое ведро, опрокинется, и неудавшийся ковбой под вопли и смех зрителей мокрой курицей поспешит в сторонку.

Офицеры организовали с местной интеллигенцией шахматный турнир, а сержанты и старшины устроили с деревенскими мужиками и самыми сильными парнями чемпионат по рукоборству. В искусстве рукоукладства выделялось двое: среднего роста широкоплечий старшина с пшеничными усами и двухметрового роста деревенский парень. Каждый из них имел и свою группу болельщиков.

«Дави, Анджей, дави!» - кричали болельщики пышноусого старшины.

«Да-вай, Ни-ко-лай!» - скандировали местные.

Начальство тринадцатой заставы в лице Острого и Шувалова в своем времяпровождении разделилось. Старшина предпочел наблюдать за рукоборцами, а Мишка отправился на танцы, причем бойкие девицы тут же втянули лейтенанта в круг.

Не остался без девичьего внимания и Оскар.

Две подружки, щелкавшие семечки у плетня, решили, что «горбунчик ничего, миленький». Та, что побойчей, подошла к «горбунчику», поболтала и вернулась недовольной.

- Не настоящий он какой-то, вежливый, как робот, - заявила она и потащила подружку к солдатам.

Тем временем возле стола рукоборцев народу стало гуще – начался финал. Сошлись в нем сержант с пшеничными усами и местный парень-богатырь, Анджей и Николай. Все ждали серьезной схватки, но ее как раз не получилось. Парень, пусть и был на две головы выше и в два раза тяжелей, как ни тужился, ни рвал жилы, ни багровел лицом, а сержант его поборол играючи, будто поршнем гидравлического пресса припечатав руку противника.

Победителя тут же окружили восхищенные поклонницы, затараторили.

- Пан Анджей, а у вас, наверное, не только руки сильные?

- Пан Анджей, а вы боитесь чего-нибудь?

Довольный пан Анджей расправил плечи, пригладил усы, прикрикнул:
- Тихо! Только не перебивать меня, а то я обидчивый, и если будете перебивать – уйду. Спрашивайте, но не все сразу.

- Пан Анджей, а если черт вылезет из Рамы, неужели и черта не испугаетесь?

Сержант снисходительно посмотрел на девчонку.

- Не испугаюсь. Через границу черт у меня не пройдет.

- А если дракон полезет настоящий?

- Только дым пойдет. В порошок разотру. Спуску никому не дам, - он выразительно похлопал по пистолетной кобуре.

- Ну а если границу захочет перейти тот, кого нет сильнее на свете? Если Он явится? - спросившая девчонка аж глаза закрыла от ужаса перед своей смелостью и своим святотатством.

Все вокруг затихли, а пан Анджей только крякнул и за секунду ответил на неразрешимый вопрос:
- Не пущу и его. Всегда надо действовать по приказу. Через границу у меня никто не пройдет. Устав никому не позволю нарушать.

Девчонки только охнули от восхищения.

Закаркал громкоговоритель. Солдаты двинулись к машинам. Дым от догоревших учебников по колдовству черным драконом улетал за озеро.

В начало. На следующую стр.

Сайт bogru.ru раскрывает тайны магии, загадки внеземных цивилизаций, рассказывает о мифах и легендах которые помогут посмотреть на мир с другой стороны. Аномальные зоны, непознанное, мистика, паранормальные новости, феномен НЛО, природные аномалии, оккультные практики, медитации, ритуалы, обряды, полтергейст, йети (снежный человек) и много другого, что будоражит наше мышление.

Сотрудничество

У нас есть много вариантов размещения рекламы: баннеры; нативная реклама, рекламные статьи и публикации.
Вопросы размещения, обзоров, рекламы и PR на сайте: bogrunout@mail.ru

Телескоп

Посмотрите в телескоп - увидите инопланетян